В Москве молодого парня после смерти разобрали на органы

13 минут на чтение
Почему каждый умерший пациент может стать донором, даже если родные против
АЛЕНА МАРТЫНОВА
Павел Мардарь в Москву перебрался из МолдовыПавел Мардарь в Москву перебрался из МолдовыФото: Личный архив
:ПОШЕЛ НА ПОПРАВКУ И… УМЕР

21-летний Павел Мардарь в Москву перебрался из Молдовы. Работал, собирался жениться — уже и дата была назначена. Но вечером 13 октября прошлого года парня сбила машина.

— Ночью Паша ехал за рулем «Ауди» и столкнулся с автомобилем «Форд», — рассказывает брат погибшего Олег Мардарь. — Вышел из машины, чтобы осмотреть повреждения, и в этот момент на высокой скорости его сносит проносящийся мимо «Фольксваген». Брат в состоянии комы попадает в городскую больницу №68 Москвы.

По словам родственника, внешне пострадавший был абсолютно цел, никаких переломов. Но врачи зафиксировали ушиб легкого и тяжелую черепно-мозговую травму. В прогнозах медики были очень осторожны.

— Но мы о плохом не думали, просто верили, что Пашка выкарабкается — он молодой, крепкий, вся жизнь впереди, — продолжает брат. — 16 октября нам сообщили, что состояние немного улучшилось: из комы третьей степени он перешел во вторую. Мы хотели переводить Пашу в госпиталь Бурденко, но врачи ГКБ заверили, что сами его выходят. А на следующий день нам позвонили: «Ваш брат умер, остановилось сердце». Уже год прошел, а мы до сих пор не можем поверить, что это произошло.

Незадолго до гибели Павел (крайний слева) со своей девушкой (крайняя справа) и родными на свадьбе друзей. А через несколько месяцев он и сам должен был жениться Фото: Личный Архив

Незадолго до гибели Павел (крайний слева) со своей девушкой (крайняя справа) и родными на свадьбе друзей. А через несколько месяцев он и сам должен был женитьсяФото: ЛИЧНЫЙ АРХИВ

ИДЕАЛЬНЫЙ ДОНОР

Павла похоронили на родине, в Молдавии. А через два месяца, когда родным прислали заключение судмедэксперта, они не поверили своим глазам.

— Черным по белому в нем было написано, что у труп поступил на экспертизу без внутренних органов: сердце, почки, печень и фрагмент селезенки изъяты для трансплантации, — продолжает Олег. — Мы были в шоке, ведь нас никто не предупреждал, разрешения не спрашивал. Получается, Пашу просто распотрошили, и даже в известность нас не поставили. Мы никогда бы не дали это согласия!

Добиваться ответа от медиков родственник решил через правоохранительные органы. Рассудив, что без официальной бумаги врачи не расскажут, куда и по какому праву изъяли органы, Олег написал десятки запросов: в прокуратуру, следственный комитет, департамент здравоохранения, приемную президента…

— И отовсюду мне приходили отписки, особенно удивил депздрав, заявивший, что медицинская помощь пострадавшему оказывалась в необходимом объеме. А где же внутренние органы, — возмущается брат погибшего, — неужели мы никогда не узнаем? Действительно ли они достались нуждающимся или попали на черный рынок? Ведь молодой крепкий парень — идеальный донор: Паша не пил, не употреблял наркотики, вел активный образ жизни. Как могли его органы изъять еще до судебно-медицинской экспертизы, разве это не нарушение? Почему нам сказали, что Паша умер от остановки сердца, а в заключении причина смерти — отек головного мозга? И все ли необходимое врачи сделали, чтобы его спасти? Одни вопросы, и нет ответов…

И отовсюду мне приходили отписки

И отовсюду мне приходили отписки

Между тем, на днях делом все-таки заинтересовали столичные следователи.

— По факту незаконного изъятия органов у умершего мужчины проводится доследственная проверка, — пояснили в следственном управлении СКР по Москве. — Предстоит установить, есть ли халатность в действиях персонала. По итогам проверки будет принято решение о возбуждении уголовного дела.

«ПО ЗАКОНУ МЫ ВСЕ ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ ДОНОРЫ»

Этот случай далеко не единственный, когда тела умерших разбирают на органы без согласия родственников. В 2014 году на всю страну гремела «Пироговка» — столичная ГКБ №1 имени Пирогова, где без предупреждения родителей изъяли органы погибшей в аварии 19-летней Алины Саблиной. Тогда семья подала в суд на больницу и требовала компенсацию морального вреда. Но проиграла.

— И это абсолютно обосновано, — уверен адвокат Евгений Корчаго, член совета при председателе Совета Федерации Федерального Собрания РФ. — У нас с 1992 года действует закон «О трансплантации органов и тканей человека», по которому медики не обязаны предупреждать родных о проводимых манипуляциях. Фактически это презумпция согласия: по закону мы все — потенциальные доноры, если не высказались против. Чтобы не быть «разобранным», человек еще при жизни должен позаботиться о нотариально заверенном документе, где будет прописана его воля. Либо пациент, находясь в сознании, может предупредить об этом врача — в таком случае надо добиваться, чтобы протест был зафиксирован письменно медицинской коллегией. Родственники на ход событий повлиять не могут, решение принимает только сам пациент.

— Было бы куда проще, если бы в нашей стране создали единый регистр отказа от донорства, — поддерживает Дмитрий Суслов, заместитель главного трансплантолога Санкт-Петербурга. — Тогда не потребовались бы никакие бумаги. Но вот уже 26 лет, сколько действует закон о трансплантологии, Минздрав не может разъяснить, как нам от этого отказаться. И люди, которые не хотят, чтобы их или их родных разбирали на органы, оказываются в ловушке.

Труп поступил на экспертизу без внутренних органов

Труп поступил на экспертизу без внутренних органов

КОМУ ДОСТАЮТСЯ ОРГАНЫ — ВРАЧЕБНАЯ ТАЙНА

Несмотря на всю непрозрачность процедуры, и врачи, и юристы, и правозащитники сомневаются, что в России существует нелегальный донорский рынок.

— Все известные мне случаи — это когда за продажу органов привлекают их хозяина, он же продавец, — говорит Олег Мельников, лидер движения «Альтернатива». — Обычно человек прицельно едет за границу, где ему проводят операцию, например, изымают почку — это самый ходовой орган. А потом уже в России он по какими-то причинам идет к врачу, и тот спрашивает: «А где почка?», после чего сообщает в полицию о продаже органа. В нашей стране такая торговля запрещена законом, даже если это добровольно. Поэтому человек оказывается преступником.

По словам эксперта, на мировом рынке за здоровую почку дают около 25 тысяч долларов, часть печени — от 30 тысяч, сердце может стоить около 150. Если всего человека разобрать но органы, общая стоимость составит около миллиона долларов. Но представить, что в России, тем более в муниципальных больницах, врачи торгуют печенью и почками, невозможно.

— Когда наступает смерть — останавливается сердце либо умирает мозг — сотрудники больницы вызывают трансплантологов. То есть врачи, которые констатируют смерть, сами не забирают органы и не заинтересованы в том, чтобы умершего пациента пустить под нож. В Москве вся информация о потенциальных донорах стекается в координационный центр органного донорства, где подыскивают реципиентов — тех, кто остро нуждается в пересадке, — объясняет Дмитрий Суслов. — На все органы составляются акты об изъятии, но кому будет пересажен орган — врачебная тайна, у нас не было случаев, когда эту информацию разглашали бы родственникам доноров.

Чтобы получить новый орган, пациент должен стоять в листе ожидания. Иногда поиск подходящего донора занимает два дня, иногда растягивается на месяцы.

— Печень пересаживают человеку с печеночной недостаточностью, почки — с почечной, сердце — с сердечной, — продолжает врач. — И только часть селезенки, как в случае с 21-летним Павлом, не является органом для трансплантации. Ее берут, чтобы был материал при необходимости дополнительных экспертиз по умершему. Судя по тому, что у парня изъяли сердце, была зафиксирована смерть мозга, само сердце при этом продолжало биться. Человек в данном случае мертв. И в случае с этим пациентом я не искал бы криминального следа, тем более, что врачи не скрывали изъятие, а детально прописали его в заключении судмедэкспертизы. Кстати, то, что эксперту труп пришел уже без органов, нарушением не является. Это стандартная практика.

Почему каждый умерший пациент может стать донором, даже если родные противАЛЕНА МАРТЫНОВА
Павел Мардарь в Москву перебрался из МолдовыПавел Мардарь в Москву перебрался из МолдовыФото: Личный архив
Павел Мардарь в Москву перебрался из МолдовыПавел Мардарь в Москву перебрался из МолдовыФото: Личный архив:ПОШЕЛ НА ПОПРАВКУ И… УМЕР

21-летний Павел Мардарь в Москву перебрался из Молдовы. Работал, собирался жениться — уже и дата была назначена. Но вечером 13 октября прошлого года парня сбила машина.

— Ночью Паша ехал за рулем «Ауди» и столкнулся с автомобилем «Форд», — рассказывает брат погибшего Олег Мардарь. — Вышел из машины, чтобы осмотреть повреждения, и в этот момент на высокой скорости его сносит проносящийся мимо «Фольксваген». Брат в состоянии комы попадает в городскую больницу №68 Москвы.

По словам родственника, внешне пострадавший был абсолютно цел, никаких переломов. Но врачи зафиксировали ушиб легкого и тяжелую черепно-мозговую травму. В прогнозах медики были очень осторожны.

— Но мы о плохом не думали, просто верили, что Пашка выкарабкается — он молодой, крепкий, вся жизнь впереди, — продолжает брат. — 16 октября нам сообщили, что состояние немного улучшилось: из комы третьей степени он перешел во вторую. Мы хотели переводить Пашу в госпиталь Бурденко, но врачи ГКБ заверили, что сами его выходят. А на следующий день нам позвонили: «Ваш брат умер, остановилось сердце». Уже год прошел, а мы до сих пор не можем поверить, что это произошло.

Незадолго до гибели Павел (крайний слева) со своей девушкой (крайняя справа) и родными на свадьбе друзей. А через несколько месяцев он и сам должен был жениться Фото: Личный Архив

Незадолго до гибели Павел (крайний слева) со своей девушкой (крайняя справа) и родными на свадьбе друзей. А через несколько месяцев он и сам должен был женитьсяФото: ЛИЧНЫЙ АРХИВ

ИДЕАЛЬНЫЙ ДОНОР

Павла похоронили на родине, в Молдавии. А через два месяца, когда родным прислали заключение судмедэксперта, они не поверили своим глазам.

— Черным по белому в нем было написано, что у труп поступил на экспертизу без внутренних органов: сердце, почки, печень и фрагмент селезенки изъяты для трансплантации, — продолжает Олег. — Мы были в шоке, ведь нас никто не предупреждал, разрешения не спрашивал. Получается, Пашу просто распотрошили, и даже в известность нас не поставили. Мы никогда бы не дали это согласия!

Добиваться ответа от медиков родственник решил через правоохранительные органы. Рассудив, что без официальной бумаги врачи не расскажут, куда и по какому праву изъяли органы, Олег написал десятки запросов: в прокуратуру, следственный комитет, департамент здравоохранения, приемную президента…

— И отовсюду мне приходили отписки, особенно удивил депздрав, заявивший, что медицинская помощь пострадавшему оказывалась в необходимом объеме. А где же внутренние органы, — возмущается брат погибшего, — неужели мы никогда не узнаем? Действительно ли они достались нуждающимся или попали на черный рынок? Ведь молодой крепкий парень — идеальный донор: Паша не пил, не употреблял наркотики, вел активный образ жизни. Как могли его органы изъять еще до судебно-медицинской экспертизы, разве это не нарушение? Почему нам сказали, что Паша умер от остановки сердца, а в заключении причина смерти — отек головного мозга? И все ли необходимое врачи сделали, чтобы его спасти? Одни вопросы, и нет ответов…

И отовсюду мне приходили отписки

И отовсюду мне приходили отписки

Между тем, на днях делом все-таки заинтересовали столичные следователи.

— По факту незаконного изъятия органов у умершего мужчины проводится доследственная проверка, — пояснили в следственном управлении СКР по Москве. — Предстоит установить, есть ли халатность в действиях персонала. По итогам проверки будет принято решение о возбуждении уголовного дела.

«ПО ЗАКОНУ МЫ ВСЕ ПОТЕНЦИАЛЬНЫЕ ДОНОРЫ»

Этот случай далеко не единственный, когда тела умерших разбирают на органы без согласия родственников. В 2014 году на всю страну гремела «Пироговка» — столичная ГКБ №1 имени Пирогова, где без предупреждения родителей изъяли органы погибшей в аварии 19-летней Алины Саблиной. Тогда семья подала в суд на больницу и требовала компенсацию морального вреда. Но проиграла.

— И это абсолютно обосновано, — уверен адвокат Евгений Корчаго, член совета при председателе Совета Федерации Федерального Собрания РФ. — У нас с 1992 года действует закон «О трансплантации органов и тканей человека», по которому медики не обязаны предупреждать родных о проводимых манипуляциях. Фактически это презумпция согласия: по закону мы все — потенциальные доноры, если не высказались против. Чтобы не быть «разобранным», человек еще при жизни должен позаботиться о нотариально заверенном документе, где будет прописана его воля. Либо пациент, находясь в сознании, может предупредить об этом врача — в таком случае надо добиваться, чтобы протест был зафиксирован письменно медицинской коллегией. Родственники на ход событий повлиять не могут, решение принимает только сам пациент.

— Было бы куда проще, если бы в нашей стране создали единый регистр отказа от донорства, — поддерживает Дмитрий Суслов, заместитель главного трансплантолога Санкт-Петербурга. — Тогда не потребовались бы никакие бумаги. Но вот уже 26 лет, сколько действует закон о трансплантологии, Минздрав не может разъяснить, как нам от этого отказаться. И люди, которые не хотят, чтобы их или их родных разбирали на органы, оказываются в ловушке.

Труп поступил на экспертизу без внутренних органов

Труп поступил на экспертизу без внутренних органов

КОМУ ДОСТАЮТСЯ ОРГАНЫ — ВРАЧЕБНАЯ ТАЙНА

Несмотря на всю непрозрачность процедуры, и врачи, и юристы, и правозащитники сомневаются, что в России существует нелегальный донорский рынок.

— Все известные мне случаи — это когда за продажу органов привлекают их хозяина, он же продавец, — говорит Олег Мельников, лидер движения «Альтернатива». — Обычно человек прицельно едет за границу, где ему проводят операцию, например, изымают почку — это самый ходовой орган. А потом уже в России он по какими-то причинам идет к врачу, и тот спрашивает: «А где почка?», после чего сообщает в полицию о продаже органа. В нашей стране такая торговля запрещена законом, даже если это добровольно. Поэтому человек оказывается преступником.

По словам эксперта, на мировом рынке за здоровую почку дают около 25 тысяч долларов, часть печени — от 30 тысяч, сердце может стоить около 150. Если всего человека разобрать но органы, общая стоимость составит около миллиона долларов. Но представить, что в России, тем более в муниципальных больницах, врачи торгуют печенью и почками, невозможно.

— Когда наступает смерть — останавливается сердце либо умирает мозг — сотрудники больницы вызывают трансплантологов. То есть врачи, которые констатируют смерть, сами не забирают органы и не заинтересованы в том, чтобы умершего пациента пустить под нож. В Москве вся информация о потенциальных донорах стекается в координационный центр органного донорства, где подыскивают реципиентов — тех, кто остро нуждается в пересадке, — объясняет Дмитрий Суслов. — На все органы составляются акты об изъятии, но кому будет пересажен орган — врачебная тайна, у нас не было случаев, когда эту информацию разглашали бы родственникам доноров.

Чтобы получить новый орган, пациент должен стоять в листе ожидания. Иногда поиск подходящего донора занимает два дня, иногда растягивается на месяцы.

— Печень пересаживают человеку с печеночной недостаточностью, почки — с почечной, сердце — с сердечной, — продолжает врач. — И только часть селезенки, как в случае с 21-летним Павлом, не является органом для трансплантации. Ее берут, чтобы был материал при необходимости дополнительных экспертиз по умершему. Судя по тому, что у парня изъяли сердце, была зафиксирована смерть мозга, само сердце при этом продолжало биться. Человек в данном случае мертв. И в случае с этим пациентом я не искал бы криминального следа, тем более, что врачи не скрывали изъятие, а детально прописали его в заключении судмедэкспертизы. Кстати, то, что эксперту труп пришел уже без органов, нарушением не является. Это стандартная практика.

Незадолго до гибели Павел (крайний слева) со своей девушкой (крайняя справа) и родными на свадьбе друзей. А через несколько месяцев он и сам должен был жениться Фото: Личный Архив

Незадолго до гибели Павел (крайний слева) со своей девушкой (крайняя справа) и родными на свадьбе друзей. А через несколько месяцев он и сам должен был женитьсяФото: ЛИЧНЫЙ АРХИВ

Незадолго до гибели Павел (крайний слева) со своей девушкой (крайняя справа) и родными на свадьбе друзей. А через несколько месяцев он и сам должен был жениться Фото: Личный Архив
И отовсюду мне приходили отписки

И отовсюду мне приходили отписки

И отовсюду мне приходили отписки
Труп поступил на экспертизу без внутренних органов

Труп поступил на экспертизу без внутренних органов

Труп поступил на экспертизу без внутренних органов
Facebook Vk Ok Twitter LinkedIn Telegram Whatsapp

Похожие записи:

… и его голова застряла!  Семья Сэма немедленно вскочила, чтобы попытаться вытащить его.  После двух кропотливых часов они разобрали смеситель и все равно не смогли его вытащить!  Вот тогда у них не было выбора, кроме как обратиться за помощью.  «В тот момент ...
У ученых есть доказательства существования жизни после смерти. Они обнаружили, что сознание может продолжаться и после смерти. Хотя к этой теме относятся с большим скептицизмом, существуют свидетельства людей, переживших этот опыт, которые заставят вас задумат...
После смерти жены фермер высадил 6 000 дубов, из которых спустя 20 лет вырос настоящий символ любви Настоящая, чистая любовь, способная противостоять времени и даже смерти, существует! Кто бы что ни говорил. Я расскажу вам историю одного мужчины, чья любовь о...
После смерти жены 31-летний Антон в одиночку растил 6 детей. Только взгляни, КАК его отблагодарила судьба… 31-летний Антон Кудрявцев стал известным после того, как начал в одиночку нянчить шестерых детей. В его жизни случилась трагедия, которую и врагу не пож...
У одного мужчины был сын, который с детства отличался плохим характером и вспыльчивостью. И однажды отец дал ему мешочек с гвоздями и попросил, чтобы каждый раз, когда парень выйдет из себя, он забивал в забор один гвоздь.   В первый же день забор украсили 37 ...
Поделиться на Facebook ВКонтакте Twitter Одноклассники Рудименты — это органы, которые больше не выполняют своего основного значения благодаря развитию организма в процессе эволюции. Проще говоря, органы, которыми мы больше не пользуемся, прекращают функциони...